Пояс Рода - Страница 60

И тут парень увидел невдалеке кузницу. Вот не видел раньше, а вот — тут она. Решил, чтоб сила не пропадала, пойти в помощники к кузнецу.

Многому научился он, да и приглянулась дочь кузнеца. Хозяин это понял и объяснил ему многое. Оказалось, что Надежда, так звали ее, дочь местной ведуньи, а не кузнеца, и, что она тоже может лечить и ворожить, только не знает об этом своем даре. В местечке ее боялись и не любили. Парень попросил ее руки, на что она ответила, улыбаясь:

— Выкуй мне цветок неописуемой красоты.

И он стал ковать. Но ничего не выходило. Однажды зимой, под ночь, он вышел из кузни и посмотрел на небо. Солнце уже село. Вдруг с неба упал камень. Молодой кузнец долго смотрел, как железный камень, остывая, играл огнем. И тогда он вспомнил Черный цветок! Взял парень голыми руками еще горячий небесный камень и занес в кузницу. Всю ночь ковал он, а под утро его сморил сон.

Зашла поутру в кузню Надежда, увидела спящего кузнеца и выкованный цветок. Проснулся парень от шума мехов, увидел девушку, разводящую огонь. Она, улыбнувшись, сказала:

— Ты уродлив внешне, но красив внутренне, как Черный цветок. Так что и сковал ты свое прекрасное «я». Ты понял и внешнее, и внутреннее, и я буду с тобой. Мы вернемся к твоему племени, и будет оно процветать! С этими словами она бросила цветок в горн, где он и расплавился.

Целую неделю играли свадьбу. После этого вернулись они к нам. Молодой колдун за это время тоже многое понял. Принял он молодых и сказал так:

— Во сне приходил ко мне наш учитель. Говорил мне многое, до чего я сам додуматься не мог. Жизнь, как река — течет и изменяется. Нельзя новый поток загнать в старицу. Но вода все та же — переливается по всему свету, соединяя его как кровь в жилах человека. Раз так вышло, что нас двоих он обучил, значит, быть нам братьями навечно. Как день и ночь, как солнце и месяц, как Правда и Кривда, которых двое в одном Священном Смоке. Но и пусть будет так, пока в ком-то из наших потомков они не соединятся, если так будет угодно Судьбе. Ты знаешь тайну Черного цветка, и с нею нас не победить. Я тоже кое-что храню — знания предков наших. Они записаны на дощечках, но это — просто доски, и сами по себе они силы не имеют. Но если эти резы написаны в живом сердце — тогда Род наш вечен, и жизнь его не пойдет на убыль, как река не станет болотом. Живи с нами, брат! Да и жена твоя для нашего племени Надежда…

Вот так и примирились они. Открылись им такие знания, что племя росло и процветало, как никогда ранее. И эти знания мы храним по сей день. И каждый колдун говорит своему ученику: помни и храни то, что так тяжко заработали твои предки! Будь благодарен им за помощь, но свой Черный цветок каждый кует сам. Кует внешнее и внутренне, Тьму и Свет, которые суть одно. Пока это не сделано, пока части эти не соединились в тебе, ты не можешь хранить племя. Правда, многие знания утеряны…

История же эта не закончена, и продолжает ее каждый по-своему. «Не оставляет ни человека, ни колдуна Всевышний без испытаний. Много их было. И ссорились братья. Из-за этого и знания терялись. Дело в том, что приглянулась колдуну жена кузнеца…»

— Дальше нет текста. Пожег кто-то — конец свитка обгорелым был, — закончил Хранитель.

— Красиво… — протянул капеллан. — И так точно! И как про тебя и твоего родственника, прошлого Хранителя, с родом которого вы поссорились! Вам бы…

— Ну, это уже слишком! Все говорят загадками! Где я теперь эту родню должен искать?

— А ты не думай, родня это или не родня. Делай, то, что нужно, и все будет!.. А ладно, простите, мне пора… — и этот странный дух растаял во тьме.

Да… непросто все в этом гадюшнике — хотел сказать Хранитель, но поперхнулся последним словом. Как бы в ответ ему земля дрогнула и послышался дальний гром… Ай, совсем мозги набекрень свернули, мерещится всякое…

Но надо дело делать. А что он умеет? Ритуалы проводить!

Но какие именно?

Самое логичное и на первый взгляд, безопасное — это поминание предков. А что? Подходит.

Второе — открытие земли весной. Тоже вроде бы то, что надо. Но, как показывает практика, хорошо, что я с этим не поторопился. Значит, сначала одно, потом — другое.

А кому надо (с легким раздражением вспомнились эти бабы) — пусть страхуют. Но просить ни о чем он не будет: больно надо. Ей надо, пусть делает.

Однако не может быть, чтобы у ней не было корыстного интереса в этом деле… бабам доверять нельзя…

Сначала все обдумать хорошенько…

XXV

Да, — думал Хранитель, — шутки кончились. Что делать? Единственное, в чем можно быть уверенным — это то, что следует провести поминальные обряды.

Тем более раз пообещал. Что там в старинах про них?

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Как начал
Народ праздновать,
Да Богов просить.
Да Богов просить
Да о силушке,
Да о силушке
Для недобрых дел.
Тут-то Боги
Всполошилися.
Напустили на людей
Силы черные,
Вредоносные.
Чтобы помнили,
Кто дает силушку,
Кто дает,
Тот и
Отнять может.
Ой, давным-давно
Тое было.
Чтоб отбить народ
Да от праздничков,
Праздничков
Не во спасение.
Чтоб народ
Да во зло
Не праздновал,
И просьб Боги
Его не слышали.
А чтоб праздновал,
Сам очистившись,
Силу черную
С себя выгнавши.
Ой, давным-давно
Тое было.

ПЯТЬ ПРАЗДНИЧКОВ

Перестал народ
Праздновать,
Перестал Богов
Просить,
Налетела на него
Немочь черная,
Звери лютые,
Силы темные.
И взмолились люди
Да к Хранителю,
Роду-батюшке:
Дай ты нам
Да защиту крепкую.
Ой, давным-давно
Тое было.
Долго думал Род,
Да нашел ответ
Людям просящим.
Рассказал он им
Да о звездочках,
Да о тех свечках
Да небесных,
Где души людей
Да от грязи чистятся.
Да от силы черной.
Ой, давным-давно
Тое было.
Свечек в небе том,
Где души чистятся,
Только пять числом.
Пять и праздничков
В честь Рода-батюшки,
Да Дедов-хранителей.
Ой, давным-давно
Тое было.
В эти праздники,
«Дедами» званые,
Деды-хранители,
Да по благословлению,
Забирали силу темную.
Своего рода-племени,
В этот день
За столом сидящих,
Их поминающих.
Дедов-хранителей
Да Рода-батюшки
Ой, давным-давно
Тое было.